По правде говоря, Дик не особо знал, говорил ли он в хорошем или плохом смысле. Если бы не они, если бы не Брюс, Готэм был бы обречен до сих пор булькать в коррупции итальянской мафии, Джим Гордон скорее всего так и не стал бы комиссаром, а за гибель Летающих Грейсонов никто бы не понес ответственности.
Мужчина не знал, что и ответить и лишь пожал плечами и сделал еще пару глотков - это было честной реакцией, по крайней мере. Вряд ли бесконечный вихрь можно было назвать плохим или хорошим. Он просто был.
- Было бы неплохо, если бы устаканилось, - ответил с легкой улыбкой Дик, переводя внимательный взгляд на Барбару.
Улыбка становилась шире. Он наслаждался тем, какой она была, как близко она была, и что она была в принципе в его жизни.
- Я бы мог сказать, что это оптимизм, но ты ведь у нас все знаешь лучше всех. Так что будем считать, что эта твоя оценка по результату прагматичного анализа, да, Бабс?
Грейсон не знал, что должно случиться, чтобы что-то устаканилось. Это было не так уж и просто сделать, за что ни возьмись. Но они могли начать с того, что было подвластно им.
Протянув руку к возвращающейся в кровать Барбаре, Дик отставил бутылку на тумбочку. Её нежная кожа вызывала у него одновременно дрожь и успокоение, страсть и спокойствие. Они снова сомкнули уста, а Грейсон обхватил Барбару обеими руками, заключив в нежные объятья.
- Не знаю, но я голосую за сон... Ради будущих аргументов на ближайшие дни, Бабс, - подмигнул он рыженькой красавице, что разделяла с ним кровать. - В этом тоже есть своеобразное... наслаждение, не так ли?
Грейсон потянулся ближе к девушке, трясь об кончик её носа своим и на пару секунд прикрыв глаза. Им еще предстояло узнать или разгадать, кто такой "Си...", но сейчас у Дика был более коварный план, который заключался в полном убеждении своей возлюбленной съехаться. И даже при том, что она была не против, сам процесс убеждения приносил радость обоим. В любом случае, они не спешили делать все сразу... Словно такая роскошь, как время, была в их карманах...